«Моя жизнь – как трагический фильм»

Считает труженик тыла и инвалид I группы Клавдия Михайловна Линькова.

Ни для кого не секрет, что для многих людей, переживших Великую Отечественную войну, трудности не закончились вместе с ней. Послевоенная жизнь продолжала подвергать их испытаниям, и даже сейчас, имея статус ветерана войны или труженика тыла, множество наград, эти люди живут в бедности и страдают от множества болезней. Одним из таких страдальцев оказалась Клавдия Михайловна Линькова, которая обратилась в редакцию, желая рассказать о своих трудностях.

Проблемы военных лет

Когда началась война, Клавдии Михайловне был 14-й год, она жила в селе Коровино Чердаклинского района. Известие о начале войны застало ее в селе Таткалмаюр на сабантуе. «Было 3 часа пополудни, – рассказывает она. – Все веселились, пели, катались на лошадях, перетягивали канаты. Вдруг подъезжает грузовая машина, останавливается прямо в центре праздника, вылезает из кабины мужчина, поднимается в кузов и как с трибуны: «Товарищи! Началась Отечественная война. На нас напала Германия». Развернул список и начал читать, кого забирают на фронт. Праздник мгновенно закончился. Женщины завыли…».

В скором времени в Коровино пригнали 3 больших двора колхозной скотины и разделили между жителями. Так, на Клавдию Михайловну и ее мачеху легла обязанность по выхаживанию истощенных коров, овец, свиней. Летом это было относительно несложно, но зимой, набирая из проруби воду, чтобы поить скотину, Клавдия Михайловна отморозила себе ноги: она была маленького роста и, наливая бочку, проливала воду на себя, а на обратном пути всё пролитое замерзало на ней. Также, собирая просяную солому, она набирала полные валенки снега, который таял, а потом опять замерзал. Так, отмороженные ноги болели, гнили, а из лекарств в доме были только марганцовка и стрептоцид. Клавдия Михайловна промывала ноги этими средствами, заматывала бумажками, надевала чулки и продолжала заниматься скотиной. В результате ее ухода уже через год скотина стала упитанной и обросла шерстью, впоследствии именно за выхаживание колхозной скотины Клавдия Михайловна и получила награды как труженик тыла.

Холод и обморожение преследовали ее до конца войны. Поступив в педучилище в Ульяновске, она поселилась в общежитии, где не было отопления. Студентки спали одетые, прижавшись друг к другу, а утром им бывало нечем умыться, т. к. вода в бачке замерзала. Возили их и в лес заготавливать дрова для училища, где они в мороз пилили деревья обыкновенной пилой. Деревья были широкие, пилить их было долго, и без того пострадавшие ноги Клавдии Михайловны снова замерзали. И условия обучения были, мягко говоря, тяжелыми: учебников было штук 5 на группу, тетрадей не было, писали на старых книгах и газетах.

В мирное время

После войны Клавдия Михайловна вышла замуж и стала жить в селе Андреевка, а потом они с мужем уехали в Казахстан, где муж устроился работать на шахте. В результате закапывания в горячий песок ее ноги практически перестали болеть. Однако жизнь в Казахстане принесла свои трудности. Муж Клавдии Михайловны в результате работы на шахте заработал силикоз и получил инвалидность, пошел работать завхозом, а потом погиб от шальной пули (его случайно застрелил сын директора). Клавдия Михайловна осталась с 5 детьми, от шока ее разбил паралич. «Врач 3 ночи около меня ночевала, на похороны меня одела, обула, на кладбище вместе с шофером буквально донесли на руках», - вспоминает она. После этого Клавдия Михайловна долго не могла ходить, в этот период врач привела к ней няню, чтобы та помогала с детьми и по хозяйству.

Поправившись, она вернулась с детьми в Ульяновскую область, а когда дети выросли, сестра пригласила ее к себе в Челябинскую область, закрытый атомный город, так назыаемую "Сороковку". Там Клавдия Михайловна устроилась убирать кабинеты в воинскую часть и получила облучение после аварии на "Маяке". Ей ничего не говорили про аварию, про меры предосторожности, и она не могла понять, почему так резко начала слабеть. Когда Клавдию Михайловну отправили провериться на облучение, госпитализация была экстренной, врачи удивлялись, как она дошла до больницы. Пролежала она там 2 месяца, ей давали по 10 таблеток преднизолона в день. В результате облучения Клавдия Михайловна получила инвалидность I группы и с тех пор уже не работает.

Ситуация в наше время

Сейчас героиня нашей истории живет в крошечной однокомнатной квартире с перенесшим инсульт внуком. После аварии ей предоставили квартиру в селе Тимошкино, но она была в плохом состоянии, Клавдия Михайловна добилась получения другой квартиры, продала ее и купила ту, в которой живет до сих пор, и то пришлось доплачивать из накоплений. Будучи тружеником тыла, вдовой участника войны, не вышедшей замуж повторно, и инвалидом I группы, она обращалась в Ульяновскую Городскую Думу с заявлением об улучшении жилищных условий, но из Министерства труда и социального развития Ульяновской области ей пришел отказ. Не предоставляют ей и бесплатные лекарства, все приходится приобретать за свой счет. Практически вся пенсия со всеми доплатами уходит на лекарства для нее и внука, от которого отказался родной отец, лекарств приходится принимать очень много. Сама Клавдия Михайловна еле ходит и с трудом может выйти во двор, не говоря уж о том, чтобы добиваться дополнительной помощи от государства. По ее словам, ей нужны не медали и благодарственные письма, а реальная помощь – предоставление квартиры, где двоим не было бы так тесно. И публикация дает ей надежду, что это когда-нибудь произойдет.

Валерия Толкачева

 

 

 


Опубликовано: 20.08.2014 в 17:00 
Просмотров: 1371 

comments powered by HyperComments