Эдуард Терехов: «Мы предельно серьёзны в любом формате»

13 ноября ульяновскому театру юного зрителя - «NEBОLSHO'му театру» - исполнилось 13 лет.

Поздравить, а заодно и взять интервью у художественного руководителя и директора Эдуарда Терехова корреспонденты «АиФ» пришли, когда для всех 13-ти актеров труппы был объявлен перерыв в репетиции.

А. Балаев: Эдуард Аркадьевич, вы здесь довольно давно и, наверняка, можете судить, насколько Ульяновск можно назвать театральным городом?

Э. Терехов: Трудно ответить однозначно и односложно. Вообще город очень разный. В нём уживаются и современная продвинутость, и некая рутинность. Есть жадная до творчества публика, а есть инертная. Однако радует то, что сама динамика жизни развивается, а параллельно с ней развивается и театр. Новые люди, новые проекты, новые требования и задачи, - всё это заставляет развиваться, быть более любознательными.

Если сравнивать с тем, что было десять лет назад, когда я сюда приехал, - это другой город, это небо и земля.

 

Досье
Эдуард ТЕРЕХОВ. Родился 30 августа 1964 г. Окончил Школу-студию Народного артиста СССР П. Монастырского при Куйбышевском Академическом театре драмы и УЛГУ. 1984-2004 гг. – актёр Самарского ТЮЗа «САМАРТ». С 2004 г. – главный режиссёр «NEBOLSHOY ТЕАТР». С 2008 г. – его директор и худрук. Заслуженный артист России (1995 г.)

 

Большое дело «Небольшого театра»

- Ваша труппа на сегодняшний день – это 13 актёров. Возможны ли в столь небольшом коллективе любимчики?

- Видите ли, по моему личному убеждению, любимчики могут быть в семье, но никак не на работе. Я к своим артистам отношусь с любовью, поскольку вкладываю в них свой опыт, свою энергию и каждый из них уникален. И они мне, конечно же, дороги. Но в команде у каждого человека есть своя функция, набор определенных обязанностей и ответственность за их исполнение никто не снимает. Конечно, есть более опытные люди, внесшие более значительный вклад в театр. Тем не менее, если кого-то выделить любимчиком – это будет нечестно по отношению к остальным. И это противоречит моей натуре. Поэтому и я, и режиссёр Марина Корнева относимся ко всем одинаково – три шкуры снимаем со всех (смеётся). Дисциплина у нас железная. Даже когда по какой-то причине задерживается режиссёр – артисты начинают репетировать самостоятельно: повторяют тексты, проверяют мизансцены. Это у них уже в крови. Они прекрасно знают, что нельзя сачковать, давать слабину, потому что всё сразу развалится. У нас очень маленький зал – оттого сами мы как на ладони, а в таких условиях халтура очень заметна. Нужно быть предельно искренним, предельно внимательным и точным.

 

Кстати
Любимый спектакль: «Холстомер» Товстоногова. Любимый писатель: Лев Толстой. Любимый композитор: Иоганн Себастьян Бах. Любимое время года: все, без исключения. Любимое время суток: светлое время, особенно раннее утро. Любимый праздник: Новый год. Любимая еда: рыба и мясо. Любимая черта в людях: преданность делу.

- Искренность вознаграждается достойно?

- Конечно! Зрителя не обманешь, и сам он тоже лукавить не станет. А если вы о материальной стороне… Понимаете, в провинции вообще тяжело работать, в том числе из-за невысоких зарплат. Но в Ульяновске, слава Богу, … и спасибо Губернатору, -  зарплаты у артистов государственных театров хорошие. И что важно проблемы с жильем для иногородних специалистов тоже решаются при непосредственном участии Сергея Ивановича. Поэтому у театра в Ульяновске есть «Завтра».

ТЮЗ – колыбель великих актёров и режиссёров

- Нередко приходилось слышать, что ТЮЗ – это,  как бы,  не совсем театр. Что вы думаете на этот счёт?

- Я с этим категорически не согласен! Просто это театр немножечко другого формата. Да, есть мнение, что ТЮЗ - это этакий «недотеатр», «ущербное заведение». Однако NEBOLSHOY ТЕАТР всем своим существованием уже давно опроверг данный стереотип. В пользу этого говорит хотя бы факт присутствия в нашем репертуаре таких авторов как Чехов, Шекспир, Мольер, Шукшин, Аверченко. Эти спектакли завоёвывают самые престижные награды на самых престижных – не ТЮЗовских! - фестивалях. 

А главное – у нас есть СВОЙ зритель. Мы – драматический театр, в котором определённая часть репертуара рассчитана на подрастающее поколение.

Но мы не относимся к сказкам как к халтуре. В отличие от многих других театров, даже спектакли, специально выпускаемые нами к Новому году, живут впоследствии много лет. Как-то меня просили сделать «одноразовый» новогодний спектакль. Я честно признался, что не умею этого делать – и отказался.

- Насколько серьёзно могут восприниматься детские сказки?

- Вполне серьёзно! Наши сказки говорят о серьёзных, вечных вещах.  У нас нет спектаклей-развлекух. В любом произведении мы находим серьёзное зерно, идею. И, кстати, на сказках актёры растут даже ещё лучше и быстрее.

А посмотрите, сколько великих актёров вышло из ТЮЗа. Георгий Тараторкин, Ролан Быков, Инна Чурикова. Такие выдающиеся режиссёры, как Кама Гинкас, Генриетта Яновская, Алексей Бородин - это же тюзовские люди!

Так что нет у нас никакого комплекса неполноценности на этот счёт. Всё дело в том, что, за какое бы дело ты не взялся, ты должен делать настоящий продукт, а не одноразовый стаканчик.

«Стараюсь учиться у настоящих профессионалов»

- Несколько лет вы были главным режиссёром театра? А когда и как в вас вообще проснулся режиссёр?

- Это случилось, когда я работал актёром в самарском театре «САМАРТ». Был вполне успешным, играл главные роли в большей репертуара. Но в определённый момент я вдруг почувствовал отсутствие рядом своего режиссёра. Я понял, что должен развиваться сам. Было страстное желание творчества, самореализации.

Всё началось с того, что мы с коллегами стали делать самостоятельные работы. Было это в самом начале 90-х, когда нужно было вообще определяться – оставаться в искусстве или уходить в бизнес. Те копейки, которые мы получали, - на них очень сложно было жить. И в тот момент как-то пришла идея о том, что мы можем делать и коммерческие спектакли.

- Первую самостоятельную постановку помните?

- Конечно! Её я осуществил по собственной же пьесе, плюс выступил ещё и продюсером. Это был спектакль «Проделки братца Кролика». Потом был целый ряд других. Главное же заключалось в понимании: я могу собрать команду, сделать успешный спектакль и есть смысл продолжить этим заниматься. Эти мысли подкреплялись положительными отзывами и – что тоже очень важно – материальной отдачей.

- И вы окончательно ушли в режиссуру?

Да, не сразу, но постепенно ушел, потому что мне стало гораздо интереснее работать с ЦЕЛЫМ, нежели с ЧАСТЬЮ. Ведь даже самый великий актёр ограничен своей ролью. Я же остро чувствовал, что мне хочется отвечать не за отдельный сегмент общей картины, а за всю целиком. У режиссёра в распоряжении больше возможностей, больше красок, больше инструментов. И, повторюсь, мне очень нравится в работе руководителя возможность брать на себя ответственность. Берясь за проект, ты волен сделать его так или иначе, твоя задача – организовать разные сегменты в единое гармоничное целое. Ты работаешь с тем материалом, который выбрал сам, который на сегодняшний день актуален для зрителя и для театра.

- Кого бы в профессии вы могли назвать если не учителями, то хотя бы ориентирами?

- Однажды в моей жизни появился такой режиссёр, как Адольф Шапиро. И вот тут-то в моей голове произошла революция – я вдруг увидел настоящего профессионала рядом с собой. И стало безумно интересно окунуться в технологию процесса режиссуры. Хотя, конечно, в работе режиссёра есть определённое шаманство – некое метафизическое, не укладывающееся в чертежи и рамки. Тем не менее, существуют определённые алгоритмы, которыми профессионалы пользуются, и я стал эти алгоритмы разгадывать. Я часто беседовал с Адольфом Яковлевичем, советовался с ним, наблюдал и анализировал работу этого великого мастера. С той поры я ставил спектакли, во многом сверяясь с его методами.

- Наверняка, в профессии вы испытали и другие влияния?

- Безусловно, и таких мастеров большое количество. Те, с кем довелось работать лично, и те, с творчеством которых я знакомился посредством театральной литературы, видео. Мне всегда было безумно интересно творчество Георгия Товстоногова, Анатолия Эфроса. Очень часто, смотря их спектакли, я не понимал, как они это делали, поскольку в их работе вообще не было белых ниток. Это и есть ориентир к тому, чтобы попробовать не просто разгадать волшебство, а и самому сделать что-то подобное.

Алексей Балаев

Фото автора и Николая Владимирова

Источник: ul.aif.ru


Опубликовано: 06.12.2014 в 11:06 
Просмотров: 979 

comments powered by HyperComments