Валерий Алтухов: «Радость на душе, когда идёшь с работы и понимаешь, что человека спас»

Основатель службы спасения в Ульяновске рассказал, с чего всё начиналось.

Уже 17 лет в Ульяновске существует своя служба спасения. Она основана в 1998 году. За время её существования спасателями в Ульяновске совершено 33 676 выездов, спасено 7 406 жизней, погибли 1 316 человек и оказана помощь 30 645 пострадавшим. Но это только сухие цифры статистики, за которыми в действительности спрятаны человеческие судьбы и героические поступки. С самого основания и по сегодняшний день ульяновской спасательной службой руководит Валерий Алтухов.

- Расскажите, с чего всё началось?

- Всё началось в 1998 году, когда мэром Ульяновска был Виталий Владимирович Марусин. Тогда на Волге оторвалась льдина, на которой были ребятишки, и на виду у всей толпы понесло по реке. А никто ничего не мог сделать. Ни лодки на берегу, ни катера не было. Кое-как нашли дюралевую лодку, стащили на руках на берег, на воду поставили и ребятишек спасли. Это и послужило первопричиной тому, что руководство города поняло - надо иметь какую-то экстренную службу, которая может нормально среагировать в чрезвычайных ситуациях. В Ульяновске в то время пожарная охрана относилась к МВД, а МЧС как таковой не было. То есть у глав города и области не было никаких сил и средств, чтобы как-то среагировать в ЧС. Тогда работал штаб гражданской обороны, но он не был приспособлен для спасения людей в подобных ситуациях.

Сначала создали аварийно-спасательный отряд – 14 человек. Финансирования практически никакого не было. Опять же спасибо Марусину, который всё же нашел возможность на финансирование этого отряда. Оснащали нас с миру по нитке. УльГЭС подарила бензорез, коммунальная служба - комплект гидравлического инструмента. Некоторые службы давали людей, которые числились у них, но работали у нас. Так собрался и вооружался первый спасательный отряд.

- Как складывались первые рабочие будни?

- Поначалу с работы практически не уходили. Занимались самодеятельностью. Альпинистское снаряжение, как многое другое, готовили сами буквально на коленке. Когда становились взрослее, когда начала появляться не только материальная база, но и опыт, начали понимать, что всё это могло иметь неприятные последствия, потому что всё оборудование должно быть сертифицировано.

Но эта бедность и убогость нас стимулировала к деятельности, у нас был интерес. Кто-то что-то придумывал. Конечно, использование кустарного оборудования сказывалось на качестве работы. Стимулировало и то, что на весь город нас были единицы, ребята гордились. А ещё была радость на душе, когда идёшь с работы и понимаешь, что сегодня человека спас.

Работников других профессий в Ульяновске были тысячи, а нас всего 14 человек. К чести Марусина и других мэров, нас никогда не оставляли без внимания и поощряли на разных мероприятиях. Многие спасатели, кроме этого, имеют правительственные награды за спасение погибающих.

- Что изменилось со временем в вашей службе?

- Как изменяется общество, как изменяется государство и город, так изменилась и служба. Материально очень много прибавилось, морально, может быть, мы потеряли. Тогда беда и нищета сплачивала нас. Для меня, человека, проработавшего 17 лет, явно видно, что и мы меняемся. Уже всё воспринимается как обычная работа, уже нет такой гордости. Опять же во многом это связано с более современным оборудованием. Многие работы сейчас выполнять значительно легче.

Функции спасателей сейчас передают пожарным. Я только за, потому что чем больше людей будет заниматься спасательными работами, чем больше людей будет подготовлено, тем больше людей можно спасти. Если произошло ДТП за пределами Ульяновска, пока городские спасатели туда доберутся, пройдёт много времени. А если рядом находится пожарная часть, которая может помощь оказать, это хорошо.

Но до сих пор сохранилось братство спасателей. И я не раз убеждался, что оно действительно есть. Был случай, когда я приехал в Йошкар-Олу, и у меня пропали вещи и документы. Конечно, в гостиницу не поселюсь, передвижение для меня затруднительно. Позвонил в службу спасения, сказал, где нахожусь. Через пять минут приехала машина и отвезла на базу. Я рассказал всю ситуацию, и мне определили место, где можно переночевать и поесть. Когда приехал в Пензу, где была одна из старейших служб спасения, подарили множество оборудования, которое там пылилось на складе. Мне его дали на временное пользование, но мы использовали лет пять. Точно так же в Удмуртии помогли. Мы тоже помогали другим, когда они приезжали в наш город.

- Как сейчас выстроена спасательная служба в городе?

- Существует главное управление МЧС, которое подчиняется Москве. Также есть областная и городская службы спасения. Они подчиняются, соответственно, руководству региона и Ульяновска. Главное управление, в основном, занимается только руководящими функциями. А всю работу выполняют местные службы. Когда в единую службу на телефон 112 поступает звонок, то, если происшествие случилось в пределах Ульяновска, выезжает городская служба, а если за его пределами – областная. Такое разделение обусловлено федеральным законом, в котором сказано, что каждый субъект должен иметь свою службу спасения.

- Ваша служба образовалась в 1998 году, но ведь до этого тоже был корпус спасателей?

- В начале была пожарная часть ПЧ-3, снабженная всем спасательным оборудованием, включая водолазное. Они были заточены под ликвидацию любых аварий. Это была единственная пожарная часть, где были гидравлические инструменты, электростанция, свои химики-дозиметристы. Потом её оставили только для пожаротушения, а всех других специалистов оттуда потихонечку убрали.

Насколько я могу судить, имея таких специалистов, часть практически никуда не выезжала. Она могла применяться для ликвидации чрезвычайных ситуаций областного масштаба: взрывов на заводах и т. п. А на обычное ДТП или ситуацию с запертой дверью они никогда не выезжали. 

Я считаю, что нужна служба в городе. Она востребована. Люди обращаются по любому поводу. Совсем недавно позвонили: в квартире тарантул, помогите. Помогли. Много ложных вызовов. Реагируем абсолютно на всё. Некоторые говорят, что раньше не было службы спасения и ведь как-то жили. Да, жили, но сейчас мы каждый год спасаем по несколько сотен человек, а раньше их смерть просто не замечали.

- Были ли в вашей практике случаи, которые вам особенно запомнились?

- Сначала запоминали, потом стирается. Но всегда за сухими сводками и отчётами о происшествии вижу полную картину случившегося.

Например, поступила информация, что в марте на улице Аблукова на Свияге мужчина провалился под лёд. Спасатели приехали, вытащили. Это из отчёта. Мне это говорит, что на улице глубокая весна, всё тает, и прежде чем этого мужчину вытащить, два спасателя искупались в полном объёме. Ведь он уже сознание потерял от переохлаждения. Вытащили и передали скорой помощи.

Или в июле выезжали на такой-то адрес, где девушка вскрыла вены и вышла на карниз балкона четвёртого этажа. С помощью инструмента открыли входную дверь, подошли к пострадавшей сзади, вытащили на балкон, передали сотрудникам полиции. Это из отчёта. А мне это говорит, что девушка стоит на четвёртом этаже, а дверь изнутри закрыта. Дверь надо вскрывать, причём так, чтобы она не услышала. Значит, кто-то должен стоять и с ней разговаривать, чтобы отвлечь её, пока открывают дверь. Но когда зашли к ней на балкон и попытались вытащить, она начала отталкиваться, чтобы вместе со спасателем сброситься. За каждым случаем стоят не только мастерство и умение, но и эмоции.

Обычное ДТП. Водитель «Приоры» не справился с управлением, въехал в автобус. Прибыв на место, извлекли тело водителя из машины. Бывает, что разбившегося человека даже по кускам достаём. Машину иногда до такой степени сплющивает, что человека разрывает. Бывало, что достаем человека за руки и за ноги, а они у тебя в руках остаются.

Курьёзный случай был в одном из общежитии на Пензенском бульваре. Вызвала бабушка, говорила, что сосед повесился. До этого он пришёл к ней пьяный, поговорил за жизнь и сказал, что повесится. Потом она стучалась к нему, а он не открывает, и вызвала нас. Мы приехали, повозились с замком, там дверь хлипкая. А среди нас был один парень, занимался восточными единоборствами и решил вынести пинком эту дверь. Дверь открылась, и что-то упало. Заходим, тело этого мужика на полу лежит. Подумали, что повесился у двери, а мы его сбили. Но осмотрелись, ни верёвки, ни крюка не было. Потом тело зашевелилось. Мы у него спросили, что это было. Оказалось, что он спал пьяный, и бабушка своими криками не могла разбудить. В то время, пока мы в двери ковырялись, он проснулся и пошёл открывать. И тут как дали! Спрашиваю у него: «Будешь ещё вешаться?». «Нет, не буду».

- Но часто, судя по сообщениям, бабушки сами становятся причиной ваших выездов…

- Бабушки для нас – отдельная беда. Это беда нашего государства, нашей системы, нашей соцзащиты. Десятки выездов в месяц именно к таким одиноким бабушкам. Несколько дней назад позвонила 80-летняя женщина, у которой больной муж упал с дивана. Кто к ней приедет? «Скорая» на поедет. Приехали мы, положили на диван. Спасли – нет, оказали помощь – да.

Часто обращается одна женщина, которая весит около 150-170 килограмм. Она не ходит, но ей необходимо проходить определённые медицинские процедуры. Мы приезжаем, сажаем в нашу машину и потом по поликлинике носим. Кто у нас ещё это сделает? Какая организация? Наша это обязанность? Нет, но кто-то должен делать.

Примерно в 50-70% случаев, когда вызывают к бабушкам, люди просто умирают. Спасателей вызывают, поскольку запах пошёл, давно не открывают и так далее. Эти люди просто брошены. Никто их не контролирует. Да, есть у нас соцзащита, но её на всех не хватает. Бывает, что даже пожилые люди пытаются жизнь покончить суицидом. От безысходности, потому что брошены и никому не нужны. У некоторых есть родственники, и поэтому их вычёркивают из списка тех, кто нуждается в нашей опеке. У них есть сын и дочь, и значит, они должны о родителях заботиться. И вроде как мы не имеем права этим бабушкам помогать. Но дети оказываются подлецами...


Опубликовано: 10.08.2015 в 17:30 
Просмотров: 1106 

comments powered by HyperComments