Краевед Жорес Трофимов: «В 17 лет я день и ночь обучал людей, как противостоять врагу»

Накануне 71 годовщины великой Победы ульяновский ветеран рассказал о том, как в его жизнь вошла история.

Вся его жизнь – история. Жоресу Александровичу Трофимову скоро 92. Мало кто из ветеранов может сохранить к этому возрасту бодрость духа и радость жизни. Сам историк признается, что достигнув «мафусаиловых лет», по-прежнему молод душой. А ведь так получается, что юности у него не было.

Страшное слово «война»

- В 1941 году я закончил девять классов, мне исполнилось 17 лет, - рассказывает Жорес Трофимов. -  Мы с семьей тогда жили в Ташкентской области. Там я заболел тропической малярией, постоянно держалась температура под 40. И тогда врачи посоветовали родителям сменить климат. Мы уехали в апреле 1941 года под Харьков. И через два месяца началась отечественная война. В 17 лет я для мобилизации не подходил, а мой отец ушел на фронт добровольцем и через полгода погиб под Смоленском, я его больше никогда не видел. А я еще в Ташкенте прошел курсы инструкторов ОСОАВИАХИМа, мог обучать людей стрельбе, пользованию противогазом, метанию гранат и рытью окопов, то есть всему, что необходимо знать на войне. В военкомате мне сказали: «Обучать людей – ваша святая обязанность». Так в 17 лет я стал инструктором для четырех сотен односельчан.

Ситуация была сложная: Харьков оккупирован немцами, а семья Трофимовых осталась без кормильца. Кроме старшего сына Жореса в ней подрастали еще два мальчика – шести лет и восьми месяцев. Их и мать необходимо было кормить. Для этого молодой Жорес Александрович делал все возможное: отвозил зерно эшелонами в Харьков, ночами дежурил вместе с отрядом, чтобы немецкие самолеты не сигналили. Более 28 дней провел он под обстрелом на Донбассе, когда ехали в поезде в эвакуацию.

- Кое-как добрались до Куйбышева, а оттуда эшелоны шли безостановочно, - говорит историк. - Было страшно: то мать отстанет от поезда, то я сам, приходилось догонять. И, по стечению обстоятельств, приехали мы в тот же самый городишко, из которого уезжали в апреле. Только ситуация изменилась: у нас не было дома, нужных вещей и с нами не было отца. Там я пошел слесарем на завод, чтобы кормить мать и братишек.

Как только Трофимову исполнилось 18, в 1942 году, он сразу поступил в Харьковское авиационное училище. Его, кстати, тоже эвакуировали в Узбекистан, в город Коканд. После окончания учебы Жорес Александрович уехал на Закавказский фронт уже офицером.

За четыре года он побывал во многих областях необъятной тогда страны: начинал войну на Украине, а закончил в Армении, в Ленинакане. Так получилось, что у него не было ни минуты мирной жизни за все это время. И потом, оставаясь на офицерской службе, он много размышлял, как история вошла в его жизнь.

От Ульяновых к Андрееву-Бурлаку и Пугачеву

- В советские годы я работал над созданием документальной ленинианы, - рассказывает краевед. – В Ульяновске я поселился в 1960-х, а до этого удалось пожить и в Германии, и в Москве, и в Ленинграде. Но все же душой я выбираю Ульяновск. Я издавал книги практически обо всех членах семьи Ульяновых: об Илье Николаевиче, о Марии Александровне, об Александре, и, конечно, о Владимире Ленине не одну книжку издал. А с 1980-х я уже увлекся литературным прошлым нашего города. А оно, это прошлое, настолько обширно, что я называю Симбирск литературной столицей России. Любой город, исключая разве что Москву и Петербург, уступает нашему по количеству писателей и поэтов, с ним связанных.

Гончаров и Ознобишин, Минаев и Давыдов, Языков и Благов не раз становились героями его произведений. Кстати, с поэтом Николаем Благовым Трофимова связывает долгая дружба. Но все же более близок историку другой земляк – Николай Михайлович Карамзин. О нем Жорес Александрович издал шесть книг.

Нужно заметить, что все труды краевед публикует за свой счет. Ему не оплачивают ни лекции, ни многочисленные статьи в литературных и исторических журналах Ульяновска. Он признается, что давно бы стал доктором наук, но у него не было такой цели. Хотя преподавать приходилось немало: сначала в военных вузах, а уж потом – по зову души – в гуманитарных. Спецкурс о поэтах 19 века он много лет читал на филологическом факультете УлГПУ.

И мало кто знает, что в краеведении Трофимов совершает открытия. К примеру, именно он подсчитал, сколько лет местному театру.

- Мне удалось установить точный возраст драмтеатра, - говорит историк. – Я для этого и в театральных архивах работал, и в библиотеках, и с разными режиссерами встречался. Счет идет от драматурга Михаила Веревкина, который был директором Симбирской канцелярии во времена Пугачева. Как раз Веревкин написал пьесу «Емелька Пугачев», которая у нас шла, по-моему, в 1774 году. Я об этом написал в книге. Наверное, она и помогла нашим артистам отмечать в этом году 230-летний юбилей театра.

Что его радует в неполные 92? Турнир по шахматам среди ветеранов, куда все еще приходят друзья.  Приезд внучки с полуторагодовалым правнуком, который всегда улыбается деду, хотя  и не умеет говорить. Возможность рассказывать о своей трудной, но такой интересной и насыщенной жизни. Беспокоит лишь одно: сломался рабочий ноутбук, он пострадал в аварии, в которую попал Жорес Александрович в конце прошлого года. Теперь ему сложнее писать новые книги, а ведь их сюжеты постоянно рождаются в его голове.

Фото из личного архива.


Опубликовано: 09.05.2016 в 15:00 
Просмотров: 488 

comments powered by HyperComments