Письмо мамы: «Помогите спасти мою дочку, мою Мию!»

Это не обычное письмо – это мольба мамы о помощи… Её двухлетний ребенок болен раком.

Меня зовут Самира, я мама девочки с красивым именем Мия. Когда она родилась и ее положили мне на живот, весь мир для меня перевернулся, я была безгранично счастлива. Мия росла активной, весёлой и любознательной девочкой, а мы не могли нарадоваться нашему Счастью по имени Мия.

Мы ходили в школу раннего развития, в бассейн, собирались записаться на гимнастику. Ничего не предвещало беды. Подошло время очередного обследования по поводу кисты селезенки, которую мы наблюдаем с рождения, и всё бы ничего. Смутил тот факт, что киста немного увеличилась в размерах и каким-то образом оказалась в другом месте селезенки.

На это врач, проводившая УЗИ, сказала, что ничего страшного нет  - через полгода посмотрим в динамике. Сердце выпрыгивало из груди, как будто чувствовало беду. Мы решили лечь в больницу на обследование. Положили нас в хирургическое отделение, сделали очередное УЗИ, врач посмотрел на меня и сказал что-то про кровеносные сосуды в образовании почки.

По моим глазам он увидел, что я не понимаю что происходит, и решил предоставить нашему лечащему врачу возможность самому сказать нам о диагнозе. Но и он решил нам пока ничего не говорить. Сказали лишь, что необходимо провести компьютерную томографию с контрастом под наркозом.

Наутро нас повели на эту процедуру. Когда ребенок заснул, анестезиолог с грустным взглядом спросил, поедем ли мы на консультацию в Москву. Увидев мой недоумевающий взгляд, он замолчал и быстро вышел, оставив меня с ребёнком одну в процедурном помещении.

Дальше всё как в тумане, мало помню саму процедуру компьютерной томографии. Слова анестезиолога пульсировали в голове. Тогда я не понимала: зачем в Москву, почему в Москву? Тут вспомнила про какие-то сосуды на УЗИ.

На мои расспросы врач сказал: «Всё утром, по результатам КТ...» Я уложила ребёнка спать вечером и полезла в Интернет, искать, что за сосуды такие могут быть в объёмном образовании на почке. Искала, искала и нашла - «90% объёмных образований на почке злокачественные».

Всё вокруг было как в тумане. Закрыла ноутбук. Легла спать. Заснуть в ту ночь так и не смогла:  в голову лезли разные обрывки фраз врачей, значения которых я раньше не понимала, но теперь они начали становиться мне понятными.

Утром накормила дочку, изо всех сил отгоняя от себя дурные мысли… «Нет, - думала тогда я, - этого не может быть с нами… Моя доченька… Имя Мия означает «Возлюбленная Богом»… Как же так?!»

Заходит врач, опустив глаза, произносит фразу: «Мои самые страшные опасения подтвердились, опухоль злокачественная…» Слёзы. Истерики. «Мамочка, пожалуйста, не плачь!». После этих слов Мии я поняла, что слезами горю не поможешь.

Провели операцию по удалению капсулы опухоли и двух жировиков за пределами опухоли, почку удалось сохранить, за что огромное спасибо хирургам. Сутки в реанимации - и вот мне привезли мою девочку. В глазах Мии было столько боли, сколько я никогда не видела в глазах своего ребёнка. Не представляю даже, насколько тяжело дочке было тогда понять, почему её, которую всегда любили, баловали, на руках носили, мама сама носит на все эти болезненные процедуры. Столько боли…

Гистология подтвердила нефробластому слева, 2 стадия, 95% бластемный вариант. Нас перевели в онкогемотологию и сразу начали проводить химиотерапию, нам было назначено 6 блоков на полгода. Не буду рассказывать, каково это… Не дай Бог никому.

Провели 4 блока, казалось бы, осталось совсем чуть-чуть, но сердце было не на месте. Решила показать наши анализы и самого ребёнка в Москве. Я думала, что самое страшное позади, мы просто убедимся, что всё в порядке, закончим лечение, и всё у нас будет хорошо. После обследования и пересмотра гистологии в Москве, нам вынесли вердикт: билатеральная нефробластома высокого риска (двусторонний рак почек), а это уже последняя стадия...

Как нам объяснили, в Ульяновске нам просмотрели правую почку. Билатеральная нефробластома лечится иначе, соответственно нас всё это время лечили неверно… Так нам сказали в Москве и назначили предварительно 12 блоков высокодозной химиотерапии, из которых мы уже проделали четыре.

На мой вопрос, выдержит ли организм моего ребенка такую дозу, врачи пожимают плечами - другого выхода нет. Я прошу помощи у всех! Права на ошибку больше нет. Это жизнь моей дочки.  А значит – и моя жизнь. Сейчас Мию готова прооперировать и лечить испанская клиника в Барселоне. Лечение стоит без шести центов 80 000 евро.

У нас этих денег нет. Всё, что удалось собрать на сегодняшний день благодаря поддержке наших друзей, близких, просто неравнодушных людей – 2 млн 226 тысяч рублей. Это немало – но нужно ещё очень много.

Помогите спасти мою девочку, мою Мию…

Счета для добровольного сбора средств:

1) Банковская карта Сбербанк 639002699003937325
(владелец Куркова Самира Равильевна)

2) WebMoney R211170681915


3) Номера телефонов, на которые можно перечислять деньги:

+7 917 622 35 65 - МТС

+7 937 036 65 56 - Мегафон

+7 960 374 40 90 - Билайн

4. Яндекс.Деньги
410012269867972
 

Фото из архива семьи Курковых


Опубликовано: 23.05.2014 в 14:46 
Просмотров: 2399 

comments powered by HyperComments