Погиб в Кремле

Ульяновец Евгений Филиппов, не выдержав издевательств, повесился в казарме элитного воинского подразделения.

С фотографий смотрит веселый стриженый парень. Вот он за столом, вместе с друзьями. Улыбающийся крепкий светловолосый парень под два метра ростом... 20-летнего Женю Филиппова проводили в армию летом прошлого года. В его взгляде - стремление успеть все в этой жизни. И радость, что он идет служить.

А вот другие фотографии. На них - люди с заплаканными лицами. Женщины в черных платках оплакивают молодого паренька, лежащего в гробу. Того самого стриженого солдата...

По официальной версии ульяновец Евгений Филиппов, почти год прослуживший в элитных войсках - бригаде охраны Кремля, покончил в жизнь самоубийством. Что же заставило его сделать этот страшный шаг?

В армию, как на праздник

Евгений был душой компании, заражал своей энергией других. Наверное, поэтому к нему всегда тянулись ребята.

- Женя такой заводной был, - вспоминает со слезами на глазах тетя парня Наталья Александровна, - все у него кипело! За 5-10 минут мог расположить к себе незнакомого человека. Да, так, что тот к нему прикипит всей душой!

За это его все и любили.

- Бывало, мать напечет пирогов, - продолжает Наталья Александровна, - а он рассует их все по карманам - мол, надо ребят угостить...

Филипповы жили небогато. Отец с матерью - Александр Васильевич и Надежда Анатольевна - обыкновенные заводские рабочие. Зарплата небольшая. Но Женю это не смущало: он всем старался помочь. Даже друзей с разрешения матери оставлять ночевать, если у них были проблемы. Приносил домой бездомных котят - жалел беззащитных...

После школы Евгений пошел в училище на электромонтера - не прошел по конкурсу в электромеханический колледж. А через год все-таки поступил! Но учебу в училище не бросил: осваивал сразу две профессии. А потому устроился работать на машиностроительный завод, вместе с отцом и матерью.

К уходу в армию Женя готовился со всей серьезностью: усиленно занимался спортом, чтобы быть в хорошей физической форме. Ведь в президентские войска отбор серьезный. Парень был прекрасным стрелком. Не раз охотился вместе с отцом, с приличного расстояния мог попасть белке в глаз.

- У нас была возможность оставить Женю в Ульяновске, - рассказывает Наталья Александровна. - Уговаривали, а он ни в какую! Очень хотел служить в элитных войсках. И, кстати, был готов к неуставным отношениям: говорил, что все выстоит.

Все в порядке - челюсть сломана

22 июня прошлого года Евгения Филиппова призвали в армию. Он попал в элитные Кремлевские войска, в учебную часть № 83421 в Зюзино. Первые три месяца Женя был очень доволен. И даже мечтал после армии остаться на сверхсрочную службу.

А потом резко замолчал. Ни писем, ни звонков...

По телефону военные успокоили родственников - мол, не волнуйтесь, Женю перевели в Москву, все в порядке. А через некоторое время он сам позвонил... Из госпиталя. Парня госпитализировали со сломанной челюстью. Оказалось, что в учебке он заступился за одного из солдат, которого избивали. По заведенному уголовному делу Женя проходил как потерпевший. Избитого комиссовали, виновного москвича отправили в дисбат, а ульяновец оказался на больничной койке со сломанной челюстью.

- Мы поехали к нему в госпиталь, - говорит Наталья Александровна, - И он нам сказал: если будут говорить, будто я кого-то сдал, не верьте! А ротный Андрей Николаев пояснил нам, что солдатская молва разнесла слух о происшедшем... И его сослуживцы озлобились. В истории-то были замешаны «блатные» столичные ребята.

После госпиталя Женю направили в Москву, в роту караула бригады охраны Кремля. Что удивительно, именно это подразделение пользуется печальной славой и занимает второе место в рейтинге войсковых частей «повышенной смертности», составленном всероссийским фондом «Право Матери».

Элитная «Дедовщина»

Судя по всему, солдатская молва пришла в кремлевскую роту караула вместе с Женей. На новом месте ему не давали писать письма. Родители присылали чистые конверты, а он молчал. По телефону отвечал, что нет даже ручки. Звонил постоянно с чужих сотовых телефонов - его мобильник разбили. Периодически просил родителей выслать денег. И частенько - пополнить чужие телефонные счета. А однажды посетовал, что нужно купить стакан. Мол, даже чай попить не в чем...

Друзья, навещавшие Женю, не раз видели его синяки. На одном из свиданий, его долгое время не могли найти в части. Как потом выяснилось, солдата прятали в офицерском общежитии от сослуживцев.

По словам родителей, Евгений постоянно подвергался издевательствам, оскорблениям и избиениям. Об этом знал даже ротный. Так Женя дотерпел до апреля.

- Он начал жаловаться, что больше не может терпеть, - вспоминает тетя парня.

В мае Женя снова попал в госпиталь с гематомой кости. Рассказал, что его били табуреткой по ногам. А родители заметили еще и свежий шрам на голове у сына...

«Мне там не выжить!»

От врачей госпиталя родители узнали, что гематома может перерасти в саркому - злокачественную опухоль. Женю нужно было комиссовать. Но для этого он должен вернуться в часть и получить предписание о проведении в госпитале экспертной комиссии.

Возвращаться парень боялся. «Мне там не выжить!» - говорил он родственникам.

Ротный пообещал оставить парня в санчасти, чтобы избежать новых конфликтов. Женю планировали перевести из медсанчасти с предписанием в госпиталь.

Но накануне отцу парня Александру Васильевичу позвонили и сказали, что Женя дезертировал...

Родственники, уверенные, что сын находился в санчасти, забили тревогу. Оказалось, что Женю забрал новый ротный Максим Митяев.

Солдата нашли через пару часов на лавочке рядом с частью. По словам парня, он не выдержал побоев и издевательств и просто не знал, что делать. Поэтому и вышел за пределы военного подразделения. А в части родителям сообщили другую версию: мол, Женя развозил обеды, машина перегрелась. А пока водитель ее чинил, парень сбежал.

Вопрос, почему солдата, которому противопоказаны физические нагрузки, отправили в казарму, так и остался без ответа.

Родители связались с заместителем начальника бригады полковником Андреем Федоровым. Он заверил, что Женю снова отправляют в Зюзино. Мол, там свежий воздух, очень хорошие врачи и аппаратура.

В последний раз Женя позвонил маме 4 июня.

- «Мне здесь не лучше», - сказал он. И попросил не волноваться, беречь себя...

Самоубийство или убийство?

Через два дня Александру Васильевичу позвонили на работу и сказали, что его сын покончил жизнь самоубийством.

5 июня в 18.40 Евгений Филиппов повесился на спинке двухъярусной кровати в казарме. В справке о смерти Жени написано: «Погиб при исполнении воинской обязанности».

Родственники не верят, что парень наложил на себя руки. В части им сказали, что Женя в тот момент в казарме был один. А вот в генштабе расписали все по минутам - вышло, что в одиночестве он остаться не мог.

- Когда мы были в госпитале, Женя сказал матери - вернусь, внуками вас «закидаю»... А если даже он и решился на такое, как же нужно было довести человека!

Тело Евгения доставили в Ульяновск самолетом. Лицо 20-летнего парня было изуродовано. Даже наложенный грим не смог скрыть разбитый нос, следы побоев на виске, синяки и ссадины на ногах.

Провожать парня в последний путь пришло очень много людей. Траурная процессия напоминала живую реку. Никто не сдерживал слез, плакали даже взрослые ребята.

Сейчас расследованием самоубийства Евгения Филиппова занимается генеральная прокуратура и военная прокуратура Московской области.

А на днях с переломом позвоночника из Кремлевских войск комиссовали еще одного ульяновского парня. Он не успел отслужить и полгода.

Источник: газета "Комсомольская правда - Ульяновск"


Опубликовано: 21.06.2007 в 17:06 
Просмотров: 4617 

comments powered by HyperComments