Новый хозяин незаконно проданной реки хотел очистить пруд и запустить туда рыб

Село Старый Письмирь Мелекесского района Ульяновской области выглядит очень старым и запущенным, даром, что мимо проходит дорога из Казани в Самару. Места очень живописные: холм, поля, в ямке – небольшое село и речка Письмирь, которая около населенного пункта превращается в пруд. И вот с прудом-то самые большие проблемы – в декабре прошлого года пруд с прилегающей к нему землей выкупил житель Тольятти – более 250 тысяч квадратных метров земли! На этом месте он хотел организовать платную рыбалку. Документы о продаже подписывали в администрации района, подпись ставил сам глава… Но делал это, как выяснилось позже, незаконно – река принадлежит государству, а значит, - всем, ее нельзя продавать частным лицам. Там, где раньше рыбачили мужики, добывая окуня, карася, линь и щучку, теперь роет землю трактор, навалены кучи земли, а перед всем этим «благолепием» стоит табличка: «Частная собственность. Вход запрещен!»

КУПАТЬСЯ ЕЗДИЛИ ЗА 15 КИЛОМЕТРОВ ОТ СЕЛА

В ноябре состоится суд, который и решит, что делать с этой землей.

- Люди нашего Петровича (покупатель пруда – Ред.) не понимают! А я вот за него, – набрасываясь на корреспондента, рассказывает житель села Виктор. - Он тут углубляет пруд, очищает его, трактор работает – слышите? Ведь даже дышать рядом с прудом нельзя было, пахло плесенью. Я сколько лет здесь живу – подойти страшно. Купаться ездим на Черемшан, за 15 - 17 километров… Человек старается, очищает – а ему по рукам бьют, кляузы пишут… Не слушайте этих разгильдяев, которые жалуются.

Виктор не выдерживает, переходит на мат, а затем поспешно удаляется в себе домой.

- Да это же Витька, он сторожем работает у него! – сообщает другой местный житель, Олег, показывая на Виктора, который проезжает на велосипеде. – Вон, осматривать территорию поехал. Поэтом у и защищает хозяина.

КУПЯТ ЛЕС – И ГРИБЫ НЕ СОБИРАЙ?

Олег живет здесь не постоянно, но частенько приезжает, смотрит за старенькой бабушкой. Село в упадке, проблемы тут постоянно – то воды нет, то с электричеством беда какая-нибудь – провода висят на столбах кое-где оборванные. Газа нет – приходится покупать баллоны. Магазина тоже нет, за хлебом – в соседнее село. В Письмирь его не привозят…

- Но место тут благодатное, красивое, плодородное очень – ягоды, грибы… - говорит Олег. – На пруд в этом году пять лебедей прилетали – даже трактора не испугались. На пруду я раньше частенько рыбачил, бабке на уху хватало. А потом приехали, начали работать, и все, в этом году уже нет рыбалки – не полезу же я в чужой огород. А теперь на его территории нельзя и коров пасти. А лесок наш купят – и грибы теперь не собирай? Этот пруд ведь сельским был. Есть разница, где ты бассейн делаешь – у себя на огороде или на общем пруду. Купил бы лесной пруд – он в шести километрах отсюда, там рыбы еще больше, и никому он не нужен. А последнее время я и ряски уткам набрать не могу, они от нее так растут замечательно. Теперь картошкой кормлю, – Олег распаляется, но потом рассуждает уже в другом тоне. – Хотя пруд-то был… болото. Зарастает он, там уж и лодка вязла в тине… А появившийся хозяин углублять его собрался, очищать, говорят, рыбу завезет, а в селе – дороги сделает да электричество починит. Может и лучше будет, кто его знает? Ведь осудят его – и пропадет пруд, зарастет совсем без хозяина. С другой стороны – ведь себе заберет, но мне кажется, местным скидки какие-нибудь будут. 

ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ – ВХОД ЗАПРЕЩЕН

Олег осматривает село, показывает, кто где живет. У этого недавно убили сына, тому уже не до пруда – еле ходит, этот дом вообще бросили... Старикам водоем уже не нужен, а село вымирает. Наблюдаем картину: подъезжает желтый автобус с надписью «Дети» - школьники приехали с учебы из села за пять километров отсюда. Выходит один, второй, третий, пятый… Все. Больше детей нет, а здание сельской школы уже давно стоит в полуразрушенном состоянии. Село вымирает, работы нет.

Помощник прокурора Мелекесского района Михаил Чванов Тем не менее молодежь активная. Ребята сами составили письмо, собрали подписи – им не нравится, что у них отбирают пруд.

- Я тут коров пасла всю жизнь, а теперь: «Частная собственность – вход запрещен!» – машет кулаком жительница села, не пожелавшая назвать своего имени. – Вон где теперь коров пасем… – бабушка машет рукой на дальний холм – там виднеются черные точки, в которых с трудом угадываются коровы. - Пусть очистит он этот пруд, а табличка-то зачем?

К табличке претензии на суде будут, судя по всему, большие. В Мелекесской районной прокуратуре очень обрадовались фотографиям с этой надписью:

- А нам говорили, что ее там нет!

На суде фотографии будут предъявлены в качестве доказательства. Иск, направленный прокуратурой в суд, еще рассматривается, но закон четко указывает, что реки не подлежат продаже в частную собственность. Впрочем, жители не очень верят в положительный исход судебной тяжбы.

Администрация Мелекесского района уже не впервые занимается незаконной продажей земли. В селе Бригадировка – это не так далеко от Старого Письмиря – в апреле продали шесть тысяч квадратных метров особо охраняемой земли всего за 14 тысяч рублей, а в январе – за 15 тысяч участок более 10 тысяч квадратных метров в селе Чувашский Сускан. Но вот интересный момент в законодательстве: суд в обоих случаях может только вернуть землю в федеральную собственность, не наказывая ни покупателя, ни продавца…

КОМПЕТЕНТНОЕ МНЕНИЕ

Консультант по земельным правоотношениям Мелекесского района Альбина Спирина:

«Мы продавали только землю!»

- Мы эту реку и этот пруд не продавали! Продавали землю, без реки. Стоящие таблички ограничивают проход на земельный участок, и частник не запрещает пользоваться рекой. Там не было этого пруда раньше, этот водоем даже не считается водохранилищем, просто во времена совхоза сделали пожарный резервуар, чтобы было, откуда набирать воду для тушения пожаров.

Сергей ГУРЬЯНОВ.

Фото автора.

"Комсомольская правда. Ульяновск"