Сбережение до лампочки

Позади Европы всей

Энергоэффективностью озабочена не только Россия – весь мир. Энергоемкость мирового валового продукта к 2050 году планируется снизить вдвое, ЕЭС ставит задачу к 2020 году достигнуть снижения на 20%, Россия к тому же сроку (относительно данных 2007 года) – на 40%.

 Но стартовые показатели, конечно, разные. Энергоемкость валового внутреннего продукта России (ВВП) в 2,5 раза выше среднемирового уровня и в 2,5–3,5 – чем в развитых странах.

И холодный климат тут не играет решающей роли: Швеция тоже страна северная, однако ее энергоемкость ниже среднемирового показателя. Еще один факт: в царской России эффективность  использования энергии была в 3,5 раза выше, чем в Германии, в 3 раза выше, чем во Франции и Японии, в 4,4 выше, чем в Великобритании и США, и в 3,5 раза выше среднемировой (данные из доклада ООН за 2009 год «О развитии человеческого потенциала в Российской Федерации». – Ред.).

Энергетическую неэффективность российского ВВП эксперты склонны объяснять «наследием» плановой экономики. В России, вставшей на рыночные рельсы, за период с 2001 по 2009 год энергоемкость снизилась на треть. Но этому способствовал  отнюдь не технический прогресс (замена устаревшего оборудования, внедрение современных технологий), а стечение обстоятельств: высокий темп роста ВВП на фоне структурной перестройки экономики, когда развивались секторы с низкой энергоемкостью, такие как сфера услуг и производство потребительских товаров. Прогрессивную тенденцию подкосил мировой кризис, и показатели энергоемкости российского продукта снова поползли вверх. 

Теперь на первый план выдвигаются задачи технологической экономии энергии. И стартовая площадка – сложная: более 90% мощностей действующих электростанций, 83% жилых зданий, 70% котельных, 70% технологического оборудования электрических сетей и 66% тепловых сетей построено еще до 1990 года. Около четверти используемых в настоящее время бытовых холодильников приобретено более 20 лет назад. В промышленности эксплуатируется 15% полностью изношенных основных фондов. Это цифры из официального документа – Распоряжения Правительства РФ о государственной программе «Энергосбережение и повышение энергетической эффективности на период до 2020 года».

О живучести законов

Федеральный закон «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности»(261-ФЗ), принятый в ноябре 2009 года, специалисты называют «очередным», подразумевая, что законы с аналогичными задачами принимались уже не раз, не два и не три: энергосбережением в России занимались всегда.

- Новый закон, прежде всего, устанавливает требования к проведению обязательных энергетических обследований, – говорит заместитель директора Фонда содействия реформированию ЖКХ по Ульяновской области Владислав Маряхин. – Логика очевидная: без обследования не  понять, где и что можно сэкономить. До конца 2012 года пройти энергетическое обследование и получить энергопаспорта обязаны все бюджетные организации, органы власти, все ресурсные компании, чьи тарифы подлежат государственному регулированию. Кроме того – предприятия, которые в год потребляют энергии на сумму больше 10 млн. рублей. Задача энергоаудита – поставить «диагноз». Его следствием должно стать рождение программ энергосберегающих мероприятий, их утверждение, поиск средств и, наконец, исполнение.

Что касается финансирования, то тут поле деятельности для энергосервисного бизнеса, который должен вкладывать собственные средства в энергосберегающие мероприятия и компенсировать затраты за счет сложившейся экономии ресурсов. В Региональном фонде реформирования ЖКХ уже «создали проект энергосервисного контракта, который в РФ пока не рожден», говорит господин Маряхин.

Все вроде бы все логично: обследование – диагноз – лечение – результат. На каждом этапе – две заинтересованные стороны: заказчик и исполнитель. Первый получает инструмент для экономии средств, второй – доход от стабильного бизнеса. Но спустя два года после вступления в силу ФЗ-261, «пациент скорее мертв, чем жив»: к августу 2011 года  Министерство энергетики РФ приняло только четыре энергопаспорта, хотя энергоаудитом в России занимается порядка четырех тысяч компаний, объединенных в 91 СРО.

Срок окупаемости – до полувека

- Рынок энергосберегающих технологий – очень перспективное направление для бизнеса на ближайшие 20 лет, – считает директор Симбирской энергосервисной компании Владимир Чекин. – Другое дело – как найти нишу, которая будет приносить серьезные доходы. В законодательной базе по многим позициям – неопределенность. Например, многие предприятия потратили средства, вступили в СРО энергоаудиторов, но деньги пока не зарабатывают и неизвестно, когда начнут.  Хотя, казалось бы, все для этого есть – перечень организаций, которые обязаны пройти энергоаудит и получить энергопаспорта, конкретные сроки. По-видимому, нужны какие-то дополнительные материалы, импульс, чтобы все заработало.

Сегодня на территории Ульяновской области услуги по энергоаудиту готовы предоставлять более сорока  компаний. Конкуренция, как известно, обеспечивает качество. Но на деле все получается с точностью до наоборот.

- Бюджетные организации обязаны провести энергообследование, но муниципальный заказ обязательно должен пройти через торги или конкурсы, – говорит профессор кафедры «Электроснабжение» УлГТУ Анатолий Кузнецов (Технический университет одним из первых в регионе начал заниматься энергоаудитом. – Ред.). – Мы отслеживаем ситуацию на электронных площадках и то, что там происходит, не может не удивлять. Например, один из регионов выставляет на торги заказ на энергоаудит в более чем 100 бюджетных организациях. Начальная цена – порядка 4 млн. рублей. Но в ходе конкурса ее сбивают до 80 тыс. рублей. С географией тоже бывает интересно: аудиторская фирма в Подмосковье, а объект на Дальнем Востоке. Вряд ли компании, побеждающие в конкурсах на таких условиях, нацелены на то, чтобы провести энергообследование объектов в нужном объеме и должного качества. Это просто невозможно. Возникают вопросы: кто в конечном итоге пострадает и чем вообще все это может закончиться?

Катастрофической была названа ситуация по реализации ФЗ-261  на июньском заседании Рабочей группы Общественной палаты РФ по вопросам энергосбережения и энергоэффективности,  рассказывает  директор ООО «Потенциал», заслуженный энергетик РФ Виктор Шингаров, выступивший в рамках этого заседания с докладом об энергетическом сервисе:

- В России до сих пор не заключено ни одного энергосервисного договора на принципах, заложенных в законе. Нет рабочего механизма привлечения внебюджетных средств и возврата их инвестору за счет экономии, полученной благодаря энергоэффективным мероприятиям. Потенциальные участники рынка незнакомы с новой для них функцией поставки энергоресурсов, которая в обязательном порядке должна ими выполняться наряду с исполнением функций по энергосервисному договору. Именно в этом и состоит суть предложенного законом принципа погашения инвестированных средств, – считает эксперт.

Отладка технологии привлечения инвестиций в дело российского энергосбережения – ключевая задача, поскольку львиная доля расходов, согласно планам власти, приходится  именно на внебюджетные источники. Но пока инвесторы неохотно идут в энергоэффективный сектор: нет примеров успешной практики инвестиций в этом направлении. Если на западе энергосервисные компании работают давно и успешно, то у нас все только начинается. Словом, нужно создавать и пропагандировать российские истории успеха в этом бизнесе. А это сложно  – инвестиции в энергосбережение нескоро окупаются.

- Инвестиционные предприятия вкладывают средства, если срок окупаемости не более трех лет, максимум пяти, – говорит министр энергетики и ЖКК Ульяновской области Александр Букин. – Мы приглашали к сотрудничеству серьезную российскую компанию – фонд «Национальный резерв», которая хочет заниматься энергосбережением, предлагали большое поле деятельности – Вешкаймский, Карсунский, Кузоватовский, Майнский  районы. Недавно получили ответ:
«Срок окупаемости вложений составляет от 22 до 50 лет, таким образом, сделать это в нашей компании невозможно».

Для большинства россиян знакомство с новым законом «Об энергосбережении» началось с новости о замене ламп накаливания энергосберегающими лампочками. Увы, этим же и закончилось.

Между тем эксперты считают, что в ряду главных причин, по которым реализация планов повысить энергоэффективность страны пробуксовывает, – отсутствие четкой мотивации всех участников цепочки «от производителя до потребителя» и в целом равнодушие общества к теме экономии энергоресурсов.

Имени лампочки

Профессор Кузнецов иллюстрирует ситуацию простым школьным примером: есть электрическая система: генератор (батарейка) – провод – приемник (лампочка). Затем систему делят на части:  у генератора энергии – один собственник, у сети – другой, третье звено – потребитель. Каждый преследует свои интересы. А общегосударственные интересы – как сберегать энергию – ни в одной из этих сфер не фигурируют. Закон как раз и призван скоординировать интересы по всей цепочке.

 – У потребителя должна быть заинтересованность во внедрении энергосберегающих мероприятий, – говорит профессор. – Например, зачем конкретному предприятию изыскивать и вкладывать средства в энергосберегающие технологии? Можно было бы сказать: для снижения потерь, а значит, затрат по всей цепочке, что приведет к снижению тарифа. Но этого не происходит – себестоимость ресурса, может быть, и будет ниже, но не факт, что снизится тариф. Напротив, может повыситься. Чтобы стимулировать потребителя к энергосбережению, нужна гибкая тарифная политика.

- Должна существовать прозрачная конкуренция, а ее  нигде нет, ни на каком уровне, – считает директор ЗАО «Авиастар ОПЭ» Сергей Мякоткин. – Никто не знает, как формируется цена на газ и нефть. Думаю даже чиновники, которые вроде бы отвечают за это, не знают. Газпром формирует цены сам себе, а затраты – тем более. А энергетика  начинается отсюда. То же самое происходит с ценами на тепло, электроэнергию, воду и так далее. Правительство  определяет предельный процент роста для федеральных компаний. Субъекты и муниципалы  – предельный процент роста платежей для конечных потребителей. Получается котловой тариф – плата за 1 кв.м площади  или за 1 кубометр воды. Необходимы прозрачные тарифы. Но анализа, оценки и контроля деятельности ресурсных компаний нет.

С другой стороны, эксперты отмечают и позитивный тренд:  пусть не так быстро, как хотелось бы, но число предприятий, заинтересовавшихся собственной энергоэффективностью, растет.

- Проведение энергосберегающих мероприятий – дело затратное, – рассказывает главный инженер МУП «Ульяновская городская электросеть» Леонид Демченко. – Тем не менее, вложения себя оправдывают. Установка приборов учета, утепление зданий, установка энергосберегающих ламп – это первоочередные мероприятия, которые мы уже  провели, потратили средства. Теперь  будем контролировать результат и уверены, что оплата  за энергоресурсы  снизится, экономия будет реальная. Считаем, что  собственники бизнеса, которые не могут поступиться единовременными затратами на энергосбережение сейчас, в дальнейшем  получат растущие, как снежный ком, расходы: скупой платит дважды.

Кто больше теряет?

По оценкам Группы компаний «Городской центр экспертиз» (С.-Петербург), суммарные потери при производстве и транспортировке тепловой энергии составляют до 60%. При выработке и транспортировке электроэнергии потери существенно ниже, в среднем – 20%.

Что касается потерь потребителей, то они составляют не более 15% по тепловой энергии и порядка 5-6% – по электрической. Даже если эти цифры вырастут в два-три раза, они все равно будут далеки от объемов потерь в энергетических компаниях, считают специалисты Центра экспертиз и делают вывод: в целом (с учетом всех потерь) по назначению используется всего 35-40% тепловой энергии и 68-78% электрической.

А экспертное сообщество отмечает: внимание властей пока сосредоточено на стимулировании энергоэффективности потребителя, особенно – в бюджетной сфере и сфере жилья. В числе первоочередных задач – «повышение информированности о современных энергосберегающих технологиях».

Спустя два года  после старта закона «Об энергосбережении» в систему понятий россиян наряду с энергосберегающими лампочками прочно вошло слово «оприборивание», подразумевающее установку общедомовых приборов учета на все виды коммунальных услуг.

К июлю 2012 года законодатель ставит задачу довести показатели до 100%, причем решение подвергнуться тотальному «оприбориванию» должны принять сами собственники жилых помещений. И тут возникает ключевой вопрос: а им это надо?

- Оплата коммунальных услуг в структуре квартплаты населения сегодня занимает долю до 80%. Самая дорогая коммунальная услуга – отопление, особенно в Ульяновской области, где установлен один из самых высоких тарифов стоимости тепловой энергии  для населения в Поволжском регионе (в Ульяновске – 1318,45 руб./Гкал (УМУП «Городской теплосервис»), в Казани – 566,4 руб./Гкал), – рассказывает директор НП СРО «Симбирский дом» Григорий Николаев. – Одна только установка приборов учета существенной экономии не даст. Кроме этого, необходим   пересмотр договорных отношений с поставщиком тепла – в целях ужесточения требований    к качеству поставляемого теплового ресурса, установка систем «погодного» регулирования, капитальный ремонт изношенных инженерных сетей отопления и ИТП, утепление  фасадов, чердаков и подвалов, теплоизоляция  внутридомовых инженерных сетей.  Такой комплексный подход дает  снижение расходов  на отопление до 30%, но требует не менее полумиллиона рублей вложений. В помощь потребителям – ФЗ-261, он обязывает  поставщиков энергоресурсов  устанавливать общедомовые приборы учета  на условиях рассрочки оплаты на срок до пяти лет по ставке рефинансирования ЦБ РФ в случае, если к такому поставщику обратится сам потребитель или управляющая его домом организация, ТСЖ, ЖСК.

В идеале же, прежде чем разрабатывать меры по энергосбережению, необходимо  провести энергетическое обследование зданий (энергоаудит), стоимость которого колеблется от 50 тыс. руб. и выше для одного объекта.

 

Председатель комитета ЖКХ мэрии Ульяновска Михаил Сычевговорит, что в настоящее время порядка девяти компаний готовы заняться установкой приборов учета в многоквартирных домах областного центра (схемы финансирования рассматриваются разные, речи об энергосервисном контракте нет). Но реально ничего пока не происходит, потому что собственники не принимают соответствующих решений. Председатель Комитета ЖКХ объясняет это тем, что по нормативу население оплачивает меньше ресурса, чем потребляет фактически.

В настоящее время Департамент цен и тарифов Министерства экономики Ульяновской области проводит экономический аудит нормативов на потребление коммунальных услуг, действующих на территории региона. Два года назад подобную работу  проделал ульяновский городской комитет по ценам и тарифам, ныне упраздненный. Тогда аудит показал, что действующие нормативы значительно занижены, но власть учла политическую составляющую темы и оставила их в силе. Сегодня, в контексте поставленных энергосберегающих задач, решение об увеличении нормативов (не только на отопление, но и на другие коммунальные услуги), скорее всего, будет принято. Эксперты сходятся во мнении: иначе интереса к энергосбережению у населения не разбудить.

Безальтернативная энергетика

Поднимая проблему энергоэффективности страны, государство в первую очередь рассматривает возможности учета и сохранения ресурсов энергомонополий.  О развитии альтернативных источников энергии в программных документах – вскользь.

Научные разработки на эту тему в отечественную экономику практически не внедряются. И Ульяновск в этом смысле отрадное исключение: на базе муниципального предприятия «Водоканал», на выпусках очистных сооружений канализации правобережья и левобережья построены две малые гидроэлектростанции с установленной мощностью – 1,2 МВт и 0,5 МВт. Общий объем инвестиций составил 48 млн. рублей.

Заместитель главного инженера предприятия Дмитрий Урусовговорит, что с введением в дело альтернативного источника электроэнергии «Водоканал» в денежном выражении получил экономию  около 6 млн. рублей в год, не сократив объемы потребляемой электроэнергии. 

- С коммерческой точки зрения, развитие источников альтернативной энергии – дело невыгодное. Но  у государства интерес к этому направлению предполагается не только экономический, но и с точки зрения экономии национального запаса топлива, считает профессор Кузнецов.

Сергей Мякоткин убежден: судьбу развития альтернативной энергии в России определяет, прежде всего, отношение власти, для которой сегодня –  это малопонятное, затратное и неэффективное направление. А это неверно. За альтернативный энергетикой безусловно будущее и уже не такое далекое.

 Что есть, что будет…

По большому счету, энергосбережение – такая вещь, что, ничего не вложив в него, ничего не сэкономишь.

В 2011 году на региональную программу энергосбережения планировалось потратить 182 млн. рублей. Но не выделено ни копейки. Относительно финансирования на 2012 год никакой определенной информации нет. Однако мероприятия, нацеленные на энергоэффективность экономики региона, все-таки выполняются.

- В районах области сейчас самое перспективное направление в сфере энергосбережения – реконструкция старых, громоздких систем теплоснабжения, строительство локальных котельных, – говорит министр Букин. – С советской поры нам достались в наследство теплоисточники, рассчитанные на огромные хозяйства. Например, в Мулловке источник  отапливал животноводческий комплекс, механические мастерские, а сегодня его используют на 12-15%. Другой пример – котельная в Ермоловке, где раньше был совхоз-миллионер, который мог себе позволить поставить теплоисточник в поле, за два километра от села, и топить мазутом. Сегодня колхоза нет, котельную отдали в собственность муниципального образования…  Энергосбережение для Ермоловки – это, прежде всего, замена старой котельной на локальные источники тепла. Собственные программы модернизации систем теплоснабжения сегодня работают в Радищевском, Кузоватовском, Барышском, Вешкаймском, Инзенском, Чердаклинском районах.

В областном центре городская программа «Энергосбережение и повышение энергетической эффективности в МО «город Ульяновск» на период с 2011 по 2020 годы» до сих пор не принята, но находится в стадии обсуждения.

Этот объемный документ, разработанный московским институтом, явно  «грешит» оторванностью от ульяновской действительности. Например, его разработчики исходят из того, что жилой фонд города насчитывает 9705 многоквартирных домов, хотя на самом деле эта цифра в два с лишним раза меньше.
Такая грубая погрешность вызывает сомнения в остальных цифрах, которыми документ густо пересыпан.

- Программа рассматривалась депутатами Гордумы дважды – на заседании Комитета по городскому хозяйству и на Комиссии по реформе ЖКХ. У депутатов сложилось впечатление, что ее скопировали с программы, которая разрабатывалась для другого города, – говорит депутат Ульяновской Городской Думы Григорий Каленов.

В октябре, после плотной проработки в депутатском корпусе, программный документ, нацеленный на повышение энергоэффективности Ульяновска, при благоприятном стечении обстоятельств планируется принять.

Татьяна Захарычева.

"Деловое обозрение"