Тихие и чувствительные: почему эти дети обречены стать жертвами травли, если родители вовремя не вмешаются
Почему школьная травля формирует взрослых тиранов и вечных жертв, и как разорвать этот круг
Школьная травля остается одной из самых болезненных тем в образовательной среде. Но почему в одних и тех же условиях одни дети оказываются жертвами, а другие — инициаторами буллинга?
Психологи все чаще обращают внимание на генетическую предрасположенность, хотя и подчеркивают: приговором ее считать нельзя.
Особенности нервной системы как фактор риска
Исследования действительно показывают любопытную закономерность. Дети с определенными генетическими особенностями попадают в группу риска.
Высокочувствительная нервная система заставляет ребенка острее реагировать на стресс — такие дети быстрее замыкаются, плачут или пытаются уйти от конфликта. Для агрессора это сигнал: перед ним легкая мишень.
С другой стороны, дети с генетически обусловленным низким уровнем агрессии просто не способны дать отпор. Их естественная реакция — замирание или избегание.
Ирония в том, что такое поведение только подливает масло в огонь, провоцируя буллера на новые атаки.
«Ген воина» и другие наследственные факторы
Анна Гусева, психолог и старший преподаватель кафедры психологии университета «Синергия», в беседе с RuNews24.ru объяснила: агрессоры тоже не появляются из ниоткуда с готовыми монструозными наклонностями. У многих из них специалисты обнаруживают:
Низкую эмпатию, связанную с особенностями генов окситоцина и работы зеркальных нейронов
Повышенную импульсивность (известный как «ген воина» MAO-A)
Сниженный уровень тревоги из-за особенностей гена 5-HTTLPR — такие дети просто не боятся последствий
«Генетика заряжает пистолет, а среда нажимает на курок», — образно поясняет эксперт.
Сама по себе предрасположенность не означает, что ребенок обязательно станет буллером. Решающий фактор — окружение и воспитание.
Среда запускает механизм
Если мальчик или девочка с генетической склонностью к агрессии растут в атмосфере уважения, где на личном примере показывают эмпатию и учат соблюдать чужие границы, генетический «заряд» может так и не сработать.
Никто не бьет, не унижает, не игнорирует — и ребенок учится взаимодействовать по-человечески.
Совсем иная картина складывается в токсичной среде. Насилие дома, пренебрежение потребностями, отсутствие любви — все это становится спусковым крючком. Предрасположенность к агрессии реализуется в полной мере.
Похожий механизм работает и с потенциальными жертвами. Чувствительный ребенок при поддержке близких вырастает в эмпатичного взрослого с богатым внутренним миром. Без этой поддержки он действительно рискует постоянно попадать в позицию жертвы.
Последствия школьной травли во взрослой жизни
Интересно, что психологи проводят параллель между жертвами и агрессорами: и те, и другие травмированы. Просто жертвы направляют травму внутрь себя — отсюда депрессии, тревожность, самообвинение. Агрессоры же выбрасывают ее наружу через контроль, обесценивание и насилие над другими.
«Жертвы буллинга, которые не проработали травму, часто избегают любых конфликтов, живут в хронической тревоге, не доверяют людям, — комментирует Анна Гусева. — Они повторяют паттерн жертвы во взрослой жизни, попадая в токсичные отношения».
Агрессоры же, не изменившиеся со школьных лет, нередко становятся домашними тиранами, злоупотребляя властью и манипулируя близкими.
Системная проблема
Буллинг в школе — это не история про слабых и сильных. Это история про систему, которая либо позволяет насилию существовать, либо пресекает его. Ребенок становится жертвой часто просто потому, что взрослые вовремя не вмешались. Педагоги закрыли глаза. Родители не поддержали.
С агрессорами ситуация зеркальна. Ребенок становится буллером не по злому умыслу, а потому что дома его самого били или игнорировали. Вовремя никто не остановил, не научил эмпатии, не показал других способов взаимодействия.
Хорошая новость: опыт школьной травли, каким бы тяжелым он ни был, не определяет судьбу человека окончательно.
При осознании проблемы, проработке травмы с психологом и исцелении можно переписать свой жизненный сценарий. Генетика задает лишь начальные условия, но окончательный выбор всегда остается за человеком.
