Ветер, Волга и белые крылья: репортаж с открытия парусного сезона в Ульяновске
Сегодня, в День России, акватория Волги в Ульяновске окрасилась белыми треугольниками парусов — здесь прошли первые в сезоне соревнования по парусному спорту. Корреспондент mosaicа.ru стал свидетелем этого действа.
Солнце только поднялось над заволжским яхт-клубом, а воздух уже звенел от предстартовой нервотрепки. В этот день на воду вышли участники сразу двух турниров: первенства России среди юношей и девушек до 18 лет (класс «Вербот») и Кубка города Ульяновска в классе крейсерских яхт «Четвертьтонник» — с полными экипажами на борту.
Погода будто подписывала мирный договор с организаторами: ни капризного дождя, ни штормового предупреждения. Легкий северный ветерок рябил воду, по Волге гуляла невысокая, но упругая волна, а солнце дробилось на тысячу осколков в такелаже. Спортсмены — поджарые, обветренные, с глазами, горящими азартом — казались частью этой стихии. Каждый из них сегодня верил только в свою победу.
Торжественное построение на пирсе напоминало ритуал: строгие взгляды, напутственные слова судейской коллегии, а затем, под тишину берега, в небо пополз государственный флаг. И вот команда: «Готовиться!» — и десятки ног застучали по сходням. Старт — в сотне метров от берега, прямо напротив городского пляжа.
Президент Федерации парусного спорта Ульяновской области Олег Викторович Афанасьев лично пробежался по пирсу:
— У нас сегодня участвуют порядка 15 детских лодок и около 12 крейсерских. Ребята проведут на воде целый день. Мы планируем три гонки, затем зачёт и награждение. Дистанция короткая, тактически сложная. Каждая гонка у крейсеров занимает минут 40. По итогам трёх выявим сильнейших.
— У парусного спорта в Ульяновской области есть будущее?
— Не то чтобы есть — оно точно наступит. За последние три года мы прошли огромный путь. Акватория у нас превосходная, одна из лучших в стране. Мы проводим здесь и чемпионаты, и первенства России. Это место создано для парусов.
— Не могу не спросить: насколько дорог этот вид спорта? Многие считают, что яхтинг для избранных.
— Самое большое заблуждение. Возьмём футбол: чтобы он жил, нужен стадион. Миллиард как минимум. А здесь всё уже построено Волгой. Лодки у нас разные: частные, клубские, есть спонсоры, которые вкладываются именно в детей. Покупают швертботы, помогают с ремонтом. Проблема не в матчасти. Проблема сейчас общая — не хватает людей. Тренеров нет. Их надо растить. Тогда и спорт полетит.
Пока мы говорили, на причале шёл аврал. Проверяли ванты, заряжали паруса. И среди этой мужской суеты вдруг — хрупкая девушка.
— Неужели капитан? — удивляемся.
— Я — баковый на «Вираже»! — смеётся Нона Родионова. — Занимаюсь парусами третье лето. Сейчас ставим паруса и будем резать ветер. У нас экипаж — четыре человека, справляемся отлично. Я работаю на носу: поставить, снять, проконтролировать состояние парусов. Этот спорт затягивает — не оторвёшься.
И вот первая яхта, качнувшись, отходит от причала. За ней — вторая, третья. Их провожает хмурым, но внимательным взглядом главный судья соревнований Александр Александрович Абдонин:
— Дистанция — примерно 14 километров. Экипажи у нас достаточно квалифицированные, школа «Семь ветров». Есть и личные лодки, построенные своими руками. Например, «Мустанг». Жаль, конечно, что к нам сегодня никто не приехал из других регионов. Приглашали, первенство открытое. Моя задача — сейчас выйти на воду, поставить буйки, дать старт и фиксировать финиш.
Через несколько минут яхты уже взрезали величественную волжскую гладь. С берега это выглядело как танец: крутые повороты, гроты, налитые ветром, сверкающие брызги. Ульяновцы на пляже — с фотоаппаратами и ладонями козырьком — замерли. Кто-то тихо выдохнул: «Давай!» А маленький мальчик в кепке с якорем спросил у отца: «Пап, а они там не боятся?». Отец не ответил — он просто смотрел на горизонт.
Итоги подведут ближе к вечеру. Имена победителей объявят под шум прибоя. Но каждый, кто сегодня вышел на старт, уже победил — собственную лень, страх глубины и миф о том, что парус не для всех. А Волга, равнодушная к регалиям, просто несла их дальше — в ветер, в свободу, в лето.
